Республиканский союз промышленников и предпринимателей

Добиться успеха в агрессивной среде


Для объединения с целью формирования общей благоприятной бизнес-среды отечественный предприниматель еще не созрел. Об этом и многом другом глава предпринимательского объединения рассказал в интервью «БР».


— Александр Иосифович, каковы, на ваш взгляд, основные задачи бизнес-союзов в сложившихся экономических условиях?

— РСПП работает в двух направлениях. Первое — активная работа с госорганами по совершенствованию нормативно-правовой базы в экономической сфере. Второе — защита конкретных предприятий, отстаивание их законных экономических интересов.

Стимулирование предпринимательской инициативы и содействие ее росту в качестве стратегической задачи прописаны в Программе социально-экономического развития и других программах правительства. Задача наиважнейшая, но, к сожалению, пока имеет декларативный статус. Кроме того, в нашей стране очень весом фактор доминирования госсобственности. С одной стороны, Конституция декларирует равенство всех форм собственности, с другой — государство тем или иным способом контролирует примерно 80 % собст­венности.

Значительное количество де-юре частных организаций живут на обслуживании крупных госпредприятий. Остается небольшая прослойка по-настоящему независимых частных компаний, которым очень трудно развиваться в таких условиях — на фоне довлеющей торгово-промышленной кооперации крупных государственных субъектов хозяйствования.

Белорусский частный бизнес в большинстве своем инертен, как, по сути, инертно и общество. Пока все хорошо, работает, не задумываясь об общих трудностях рыночного сегмента, к которому относится его деятельность. Представители бизнес-кругов обращаются в союзы, как правило, лишь столкнувшись с конкретной личной проблемой, когда нужна помощь в отстаивании и защите интересов их организаций. К слову, пополнение рядов союзов и ассоциаций происходит как раз за счет предпринимателей, права которых мы помогли отстоять.

— Насколько часто нарушаются интересы частного бизнеса?

— Постоянно и повсеместно, намеренно и невольно. Я уже шесть лет возглавляю предпринимательские объединения и могу с уверенностью сказать: проблема кроется в том, что судья в «футбольном матче» между государственным и частным секторами всегда назначается госсектором. Вроде бы как и судья, но при всех прочих равных условиях сохраняется элемент подсуживания.

Посмотрите на наше законодательство, хотя бы на Кодекс об административных правонарушениях, обратите внимание на то, как агрессивно звучат некоторые его статьи. Даже за небольшие нарушения в оформлении документов (накладных, отгрузочных) может грозить конфискация. То есть в нашей стране бизнес существует в довольно агрессивной среде как в законодательном, так и в правоприменительном плане. Вот та ложка дегтя, которая может испортить бочку меда.

Справедливости ради стоит отметить, что в последние пять лет и в законодательстве, и в диалоге бизнеса и власти действительно наметились положительные сдвиги. Увы, действия властей во многом можно отнести к полумерам.

Прекрасный пример — исполнение директивы № 4 «О развитии предпринимательской инициативы и стимулировании деловой активности в Республике Беларусь». При всех отчетах правительства о том, что положения директивы внедрены в работу, есть индикативные нормы данного документа, так и оставшиеся на бумаге. Это в первую очередь вопросы незыблемости прав собственника, неприкосновенности собственности.

— Почему, несмотря на декларируемое государством движение навстречу бизнесу, проще тому не становится? Может быть, виной всему ручное административное управление экономикой?

— Ручное управление экономикой в определенных дозах приводит к положительному результату. Как, например, яды в медицине: в малых дозах они обладают терапевтическим эффектом. Проблема в том, что система хозяйствования в нашей стране чрезмерно увлечена протекционизмом и удержанием доли госсобственности любой ценой.

За счет бюджета очевидные банкроты годами балансируют над пропастью. В свое время Дэн Сяопин сказал: «Неважно, какого цвета кошка, главное, чтобы она ловила мышей». Так вот, если перефразировать китайского лидера, форма собственности неважна, если обеспечивается рентабельная работа предприятия. За госсобственность, на мой взгляд, стоит держаться только тогда, когда смена собственника может подорвать интересы госбезопасности.

Что касается движения навстречу бизнесу... Складывается впечатление, что государство никак не определится в своем отношении к нему. Как говорил еще Уинстон Черчилль, «некоторые целятся в частного предпринимателя, как в хищника, другие смотрят на него, как на дойную корову, и лишь немногие видят в нем выносливую лошадь, что тянет телегу».

— Как вы считаете, высок ли сейчас уровень доверия бизнеса к государственным институтам?

— Мы задавались этим вопросом и даже провели опрос среди владельцев частного бизнеса касательно объективности хозяйственных судов в Республике Беларусь. Результат очень насторожил: более 95 % опрошенных выразили недоверие к решению тех или иных вопросов хозяйственными судами. Это проблема уже не только частного бизнеса, это угроза общегосударственного уровня.

Доверие к госинститутам — важнейший компонент инвестиционной привлекательности страны. Международные инвесторы всегда консультируются с представителями национальных бизнес-кругов на предмет актуальных проблем, анализируют прессу. Информация о непомерных штрафах, конфискациях, арестах предпринимателей вселяет как минимум нервозность и настораживает представителей международного бизнеса.

Мы ни в коем разе не собираемся оспаривать право силовых и налоговых органов контролировать работу предпринимателей, но не так же разрушительно и агрессивно. Знаете ли вы, что в кругу предпринимателей появилось такое понятие, как синдром Шарейко? С одной стороны, я допускаю, что фискальные органы действительно выявили нарушения в работе Витебской бройлерной птицефабрики. С другой — убежден, что есть другие, адекватные методы, позволяющие, образно говоря, бороться с блохами на собаке не методом удушения самой собаки. В какой степени применяемые меры правового воздействия оправданны и полезны для государства? Кто анализирует и координирует работу правоохранительных органов с точки зрения защиты государственных интересов в отношении имиджа страны? На наш взгляд, форма реакции и строгость наказания должны быть пропорциональны реальному общественному вреду.

— Можете ли вы привести конкретные примеры, когда РСПП удавалось отстоять интересы бизнесменов?

— Только за последние несколько месяцев наша организация рассмотрела около 20 случаев — это те самые конкретные проблемные ситуации, для решения которых мы ведем работу с госорганами.

Вот один из примеров, когда проб­лемы не было вовсе, однако ее решение заняло нереально много времени. Компания-автодилер работает в сфере сервисного обслуживания автомобилей, является добросовестным участником бизнес-процессов, обладает титулом «Лучший предприниматель Минска», выигрывает аукцион на право строительства сервисного центра. Платит за право строительства, вкладывает непосредственно в строительство около 3 млн долларов, из них две трети — за счет заемных средств банков. Уже на финишной прямой организация должна заключить договор на право аренды участка под зданием на 99 лет. В горисполкоме от компании потребовали… заплатить за право аренды за 99 лет вперед. Обращаю внимание: только за право! Это около 850 тыс. долларов. Даже если бы организация захотела взять в банке кредит на эти цели, банк не дал бы денег.

Мы просили предоставить закрепленное законом разрешение на поэтапное погашение суммы. Более четырех месяцев работали с этим случаем. Знаете, многие чиновники понимали справедливость требований организации, соглашались с нашими доводами, но… опасались брать на себя ответственность за принятое решение. Да, в итоге ситуация разрешилась в пользу компании, но такие вопросы должны решаться в рабочем порядке за две недели!

— Какая задача РСПП, помимо уже перечисленных, среди приоритетных на ближайшее время?

— В рамках своих компетенций мы планируем оказывать Министерству антимонопольного регулирования и торговли всяческую помощь в работе, связанной с развитием конкуренции. Необходимо нарабатывать опыт правоприменительной и судебной практики, оперативного реагирования на сложившиеся ситуации.

Из-за явного протекционизма в пользу госкомпаний возникают условия для недобросовестной конкуренции. Возьмем условное предприятие АПК государственной формы собст­венности (коих там большинство) и частное крестьянское (фермерское) хозяйство. КФХ не может рассчитывать на получение льготных кредитов и берет деньги на топливо под процентную ставку 40 %, а государственное — под 7—9 %. О каких одинаковых условиях игры может идти речь? Однако даже при таком раскладе частник нередко показывает бóльшую жизнеспособность.

— Готово ли наше государство к коренным реформам?

— На протяжении долгих лет руководство страны проявляло приверженность старой системе хозяйствования, но не исключало некоторых перемен и к ним готовилось. Сейчас мы живем практически в условиях турбулентности. Так долго размышлять и готовиться в быстро изменяющемся мире — слишком большая роскошь.

Бизнес-союзы никогда не отмечали такой интенсивности обращений и консультаций со стороны властей, как во время валютного кризиса 2011 года. Это говорит о том, что правительство и готово, и способно к активным действиям, но только в кризисных ситуациях.

Радует, что в госорганах на должности начальников отделов, главков, даже заместителей министров приходит грамотное поколение управленцев новой формации и широких экономических суждений. Избран новый парламент, и мы очень надеемся на то, что он будет занимать более активную и независимую позицию. Совершенствуется человеческий ресурс, и это дарит надежду на всеобщее понимание как со стороны бизнеса и власти, так и граждан, ведь это наша страна, в которой будут жить наши дети, и только в наших силах сделать ее сильнее и богаче.

Опубликовал: Admin Admin